Обвиняемые в теракте в питерском метро не признали вину

В канун трагедии петербургском метро 3 апреля 2017 года, в здании Ленинградского окружного военного суда начали судить обвиняемых в организации теракта. 2 апреля 2019 в городе на Неве стартовало выездное заседание Московского военного суда. Хотя официально потерпевшими были признаны более ста человек, на рассмотрение дела по существу прибыло чуть более десятка потерпевших. Общаться с прессой и отвечать на вопрос, какое наказание они хотели бы для организаторов теракта, они отказались. Их сопровождала юристконсульт Петербургского метрополитена. Кроме того, в зале было десять адвокатов и два переводчика.

Ещё до начала слушания "аквариум" с одиннадцатью подозреваемыми в организации теракта осадила пресса. Журналистам дали пять минут на съёмку. На вопрос представителей прессы, признают ли они себя виновными, из-за стекла донёсся дружный хор: "Нет!!". Затем Шохиста Каримова устроила небольшое и явно заготовленное заранее выступление. "Перед Россией и Узбекистаном у меня нет вины!" — зычно вещала Каримова. Она убеждала, что гранату и другие боеприпасы ей подбросили.

Подсудимые не производили впечатление коварных и тренированных террористов. По большей части, это выходцы из Узбекистана,Таджикистана, Киргизии нелегально или официально работавшие в России (поварами, таксистами), семейные (у одного из подозреваемых трое малолетних детей). Многие — с российским гражданством. Судья один раз перепутал Узбекистан с Таджикистаном, а также постарался доходчиво донести подсудимым, что означает право отвода: "Отвод — это, иными словами, если вы кому-то из состава суда не доверяете. Или всем троим". Недоверия обвиняемые не выказали.

Удивительным оказался тот факт, что потерпевшим разрешили подавать иски к обвиняемым — при том, что вина ещё не доказана. Сразу же выяснилось, что адвокаты еще не полностью готовы к процессу и требуют дополнительное время на ознакомление с материалами. У защитников на ознакомление с делом было время лишь с 19 марта, а томов 137. Кто-то из адвокатов осилил 129 томов и просил ещё один день — дочитать обвинительное заключение, а кто-то прочитал только половину и просил неделю. "И вы предполагаете, что мы все должны вас ждать? — спрашивал судья одну из адвокатов, которая осилила лишь двадцать томов. — Как так получается, что кто-то прочитал сто двадцать томов, а кто-то — двадцать?". Прокуратура не возражала против выделения стороне защиты дополнительного времени, но суд решил, что дочитать тома уголовного дела адвокаты могут прямо по ходу заседаний. Затем защитники попросили разрешения на видеосъёмку процесса телеканалами. Но суд не разрешил. Также двое из обвиняемых просили разрешить им переговоры с родственниками, прокуратура возражала, но суд разрешил.

Самой эмоциональной частью заседания стал перерыв. Впервые обратилась к прессе мать одного из обвиняемых — самого молодого из них, 1995 года рождения. Она уверяла что её сын — не террорист, и бороться за него она будет до конца. «Будь прокляты эти террористы, из-за таких подонков обвиняют невинных парней», — твердила Мирзавалимова Яркинай. Мать говорит, что сын только три дня жил в "резиновой квартире", где задерживали подозреваемых, а многих из предполагаемых организаторов ни разу не видел. Более того, Яркинай рассказывает, что днём перед облавой её сын сам сходил в полицию и написал заявление о пропаже человека — указав при этом свой точный адрес. Заявление приняли, но уже к семи вечера в квартире появились силовики, а поздно ночью — ещё один отряд. "Если бы мой сын был террористом, как вы думаете, он сам бы пошёл в полицию и указал бы свой адрес?" — спрашивает Яркинай. Женщина утверждает также, что готовить теракт её сын не мог из патриотизма. "Мы в России живём, мы граждане. Россия нас кормит, неужели мы будем такими вещами заниматься?" На вопросы о вере и степени её радикальности Яркинай отвечала однозначно: "Мой сын не религиозный фанатик, мы вообще люди не радикальные. Он всегда таким модником был, в шортах ходил…" Яркинай надеется, что сына оправдают, но опасения всё равно есть: "Мне потом сына будет трудно женить, у нас в Киргизии террорист — это позор, это клеймо. "

Потерпевшая Наталья Кириллова оказалась не готова кого-то обвинять. На вопрос "МК", считает ли она виноватыми людей, сидящих в "аквариуме", Кириллова ответила: "Это должен решить суд, я не готова никого обвинять. Для этого должны быть доказательства". Кириллова рассказывает, что после теракта попала в Мариинскую больницу. "Там они написали, что я была глухая до теракта, а у меня не было повреждения! Я полтора года потратила на то, чтобы доказать, что раньше не была глухой. Им было бы удобно, если бы так было — не пришлось бы платить компенсацию. А я потом потратила здоровье, доказывая, что я не глухая". Кириллова говорит, что вспоминать о теракте не может — каждый раз начинает заикаться, переживая трагедию заново.

Напомним, в середине дня 3 апреля 2017 года в Петербурге между станциями метро "Сенная площадь" и "Технологический институт"(ближе к последней) произошёл теракт, унесший жизни шестнадцати человек. По версии следствия, в вагоне поезда был смертник, приведший в действие самодельное взрывное устройство. Ещё одно, по данным силовиков, находилось на станции "Площадь Восстания", его подрывник планировал привести в действие дистанционно, но оно не сработало. Расследование уголовного дела завершилось лишь в июне 2018 года, хотя под стражу большую часть подозреваемых заключили ещё в апреле 2017 года, в течении нескольких дней после теракта.

Что говорится в обвинительном заключении

Согласно обвинительному заключению, обвиняемые — ячейка радикальной организации. При этом руководителей и вербовщиков среди тех, кто оказался за стеклом, немного. По большей части, это люди, которые, как следует из версии обвинения, вдруг согласились на организацию теракта в марте 2017 года. Ячейка ставила целью "создание всемирного шариатского государства", для чего нужно было устрашить петербуржцев, дестабилизировать власть в России, посеять панику и спровоцировать прекращение военной операции РФ в Сирии и вывод войск. Сторонников руководитель ячейки Сирожиддин Мухтаров вербовал в России, Сирии, Турции, после чего устроил тренировочный лагерь в Сирии. Занимался "физической и психологической подготовкой", формировал пренебрежение к своей и чужой жизни, а также провоцировал уход от истинного ислама, жестокость, ненависть к людям другого вероисповедания. Так был подготовлен Акрбаржон Джалилов, который должен был приехать в Петербург, соблюдать регистрационный режим, не выделяться, при этом не совершать обрядов, как то предписывает ислам. Номера телефонов, по которым общались возможные террористы, были зарегистрированы на сторонних людей. Указание о проведении теракта отдавал лично Мухтаров.

Банковская карта одного из частных банков, куда поступали деньги на компоненты для изготовления взрывных устройств, была оформлена на Джалилова — ближайшего подельника Мухтарова. Впрочем, как выяснилось впоследствии, долгая предыстория про подготовку в Сирии не имеет отношения к большей части обвиняемых. Их, как полагает прокуратура, уговорили на совершение теракта лишь в конце марта 2017 года.

Подготовка проходила в нескольких квартирах (назывались адреса на Гражданском и на Товарищеском проспектах), где-то занимаясь изготовлением взрывных устройств, а где-то — хранением. Так или иначе, в конце марта 2017 года новообразованная группа сходу стала вести наблюдение, исследовать окрестности предполагаемых терактов, изучать метро, придумывая способы попадания смертника в вагон и возможные пути отхода в случае неудачи.

Читайте НАС ВКонтакте

Источник

Загрузка...
‡агрузка...
Загрузка...